СТЕНГАЗЕТА

НОВОЕ и не совсем на 2021 год

Sat, 11 Sep 2021 06:37:55 GMT

Бомбилы прошлого

РОССИЯ.ДЕНЬ СЕГОДНЯШНИЙ

Прощай, деревня

Старожилы не припомнят

Погосты забвения. Торчищево

4000 лет назад

Поплик, Вьюгин и Херовский. Друзья моего дикого отца.

Fri, 10 Sep 2021 13:49:57 GMT

Поплик, Вьюгин и Херовский. Друзья моего дикого отца.

Советское колхозники в лаптях. 1961 год. Гагарин уже слетал в космос. После расстрела демонстрации в Тбилиси прошло уже 5 лет. После расстрела рабочего восстания в Темиртау прошло два года. До расстрела демонстрации голодных робочих в Новочеркасске еще год.
Когда умер дядя моего отца, ему было 96 лет. Родился он еще до революции, в эпоху трехлинейных винтовок, лошадиной пахоты и солдатских обмоток. А умер в эпоху постиндустриализма, генной инженерии и нанотехнологий... У меня в роду вообще много долгожителей. Прапрадед моего отца умер, когда ему далеко перевалило за 100 лет. Звали его Федор Парфеньевич. Родился Парфеньевич в 1807 году, а умер после Первой мировой. То есть этот Парфеньевич, как и Лев Толстой, родился в эпоху кремневых ружей, киверов и ботфортов, а умер в эпоху электричества, подводных лодок и теории относительности.
Все принципиально изменилось в мире всего за две долгие человеческие жизни! Прогресс шагнул дальше, чем позволяли ему рамки архаичной, патриархальной, деревенской психологии. Я с предельной ясностью увидел это как раз на поминках, когда собравшиеся родственники вспоминали свои деревенские жизни... Демографический переход случился не пятью поколениями раньше и не тремя позже. Демографический переход в России вынесло на своем хребте аккурат это поколение, перенесшее свой патриархальный менталитет в эру компьютеров…
Мы читаем в учебниках, что когда-то в крестьянских семьях вымирало до половины детей. Но ведь это было не «когда-то». Это было вчера. Это было с поколением моих родителей. Это было в крестьянских семьях до середины ХХ века…
Родственники мои сидели за столом, качали седыми головами, пили за помин души и перечисляли, сколько было рождено их родителями братьев и сестер, и сколько дожило во взрослого возраста. Выходило, что выжила аккурат половина.
Тетя Люся вспоминала, как мылись в русской деревне первой половины ХХ века, когда уже было известно про электрон и протон, когда строилась атомная бомба, и Королев изобретал свои ракеты. Мылись в печке. Бань не было. То есть бани были, но почему-то только три штуки на всю деревню. А основная масса крестьян мылась в печке.
- Мы с бабушкой залезли в нагретую печь, сели на солому, она начала из шайки плескать на горячие стенки, мне стало плохо. И когда меня выволакивали, я спиной задела за низкий свод, и у меня на спине осталась черная полоса сажи. Она так въелась в кожу, что тетя Маня потом полчаса меня драила, стараясь отмыть черный след…
- А меня больше всего удивляет такая дикость, - вдруг вспомнила тетя Лида, - ну почему в русской деревне не было туалетов? Что за дикость! Или, может быть, это только в Тверской области не было?
- Нет! И у нас в Тамбовской не было туалетов, - говорит моя мама.
- А где ж вы срали, дикие русские туземцы? – интересуюсь я.
- Да кто где… На скотном дворе.
Даже удивительно, что избы у этих дикарей были не курные, а топились по-белому!.. Крестьянский быт и, соответственно, менталитет принципиально не отличался от менталитета крестьян 16-го, 13-го, 5-го веков… Менталитет – производное от технологий. А технологии аграрного выживания принципиально не изменились с эпохи позднего неолита. Дикая жизнь – дикий менталитет. Поэтому в любой аграрной стране, по сути, жило два народа, два «подвида» симбиотически существовавших людей – черные крестьяне, немногим превосходившие по уму первобытного дикаря, и немногочисленная, образованная городская аристократическая верхушка. Город и Деревня. Цивилизация и Дикость. Они даже говорили на разных языках.
Наполеон, который вынашивал идею отменить крепостное право в России, посмотрев на этакую дремучую дичь, спешно отказался от этой идеи, поняв, что отмена крепостничества освободит такую темную силу, с которой не справится даже он.
- Когда к нам приехали городские из Москвы, бабушка накрыла на стол, все поставила. А они не едят, - вспоминала мама. – Бабушка забеспокоилась: «А чаво ж они не ядять-то?» Те отвечают: «Извините, а чем есть?» - «Как чем? Руками…» Даже вилок у крестьян не было до середины ХХ века. Были только ложки деревянные – шти хлебать.
Я, сидя за столом в постиндустриальной Москве, слушал рассказы этих мастодонтов, хвост которых торчал в наполеоновских временах и курных избах. А может быть даже и в бронзовом веке… Они пришли в наш мир оттуда, из времен тьмы. Причем, случилось это вдруг, резко. Я уже писал в одной из своих книг, что мой отец впервые в жизни увидел «живой» паровоз в 16 лет. Мой дед после войны пешком гнал корову из Тамбовской области в Москву, когда переселялся туда.
- На такое только крестьянин способен, - смеясь и плача рассказывала мать… То есть она уже понимала разницу между современным горожанином, для которого сей поступок - нечто непредставимое, дикое, и тем человеком, который смог осуществить подобный проект – в эпоху грузовиков пешком прогнать корову от Тамбова до Подмосковья.

Только крестьянин с просто устроенным мозгом способен на тупой, однообразный ежедневный труд. Избыточное образование для крестьянина вредно. Оно мешает производству…
Кстати, о прогоне скота… Умерший, которого мы сегодня поминали, в послевоенные время купил на Птичьем рынке козу и прогнал от Таганки через Красную площадь (!) в Лужники, к баракам, где обитали метростроевцы. Урбанизированные жители России, приехавшие поднимать индустрию и укладывать тюбинги в метро, все еще по привычке держали скотину - точно так же, как жители Средневековых городов, утоляя свою тягу к ковырянию в земле (в отсутствии самой земли) – привешивали к окнам ящики с землей и сеяли там рассаду. Именно от этого удовлетворения инстинктивной потребности земледельца в ковырянии и пошла мода на оконные цветы, а дома городов Европы теперь украшены милыми красными цветочками под окнами…
- У нас в деревне даже фамилий толком не было, - говорит отец. - То есть они, вроде, были, но все звали друг друга по кличкам – Поплик, Вьюгин, Херовский… А потом эти клички так в паспортвх и записали как фамилии. Вьюгина, между прочим, так прозвали за лихой характер. Он взрывался легко. Однажды телегу с попом перевернул…
- Раньше люди были добрее, - вдруг не к месту говорит моя мама.
Я не соглашаюсь. Не добрее, а эмоционально распущеннее. То есть слабы на эмоцию. Они были добры, как добры дикари – их эмоции не поддаются самоконтролю, словно у пьяных. Вот крестьянин пускает слюни умиления и готов последнюю рубаху отдать, а через пять минут хватается за топор или бежит с дрыном бить мужиков с соседней улицы, реализуя первобытную племенную агрессивность. Тесный город, конечно, попридавил эмоции, окультурил людей…
- Мой отец только к старости научился более-менее вести себя по-городскому, то есть контролировать себя, - подтверждает мою мысль тетя Лиза. – Вспыльчив был. Чуть что – за топор.
И вдруг перескакивает на другую тему:
- Помню, сколько я мучилась, когда лет семь назад нас стали учить компьютеру, тогда еще 286-е были. (Указанные поминки случились где-то в начале нулевых. - А.Н.)
Нет, вы можете себе это представить?!. Компьютер! Людям, которые мылись в печке и не имели представления о столовых приборах и туалете, которые, будучи детьми, бегали грязными и босоногими по улице, размазывая сопли… им пришлось в конце жизни осваивать компьютер! Всего одно поколение… От первобытности – до компьютера.

Канал Никонова А.П.

Вымираем...

Fri, 26 Oct 2018 06:17:37 GMT

«А что, в городе за 15 тысяч горбатиться?»:

Как живет село, где осталось всего 4 жителя

Анатолий Лузгин посвятил Михайловке больше 30 лет жизни Фото: Анастасия ЕРШОВА

...Экспедицию в Михайловку, где на все село осталось четыре человека, мы снаряжали неделю. «Последние из могикан, попробуй до них добраться! - пытались отговорить в районе. – Богом забытый край». Меж тем до «богом забытого края» от федеральной трассы всего 46 километров. Но – «без-до-ро-жье!». Народ застревал наглухо. Только танк пройдет. «Есть у вас танк?» На редакционной Mark II добраться нереально. Не телепортироваться же… Танка не было, одно желание.

Что зацепило? На канале «Интересные цифры» сервиса «Яндекс.Дзен» опубликовали рейтинг регионов по количеству заброшенных деревень. Вот первая пятерка: Тверская (здесь 2234 поселения без людей), Вологодская, Псковская, Ярославская, Костромская области. Замыкают список две столицы и Чукотка – там по нулям. Красноярский край на 28-й позиции. Тут пустуют 92 деревни и села. Так почему же люди уезжают и надо ли спасать пустующие села всеми силами? Чтобы понять это, мы и отправились в Михайловку. Выбрали ее не случайно. Когда умирают деревни на отшибе, в сотнях тысяч километров от районных центров, это хоть как-то объяснимо. Но Михайловка – Емельяновский район Красноярского края, элитный. Рядом добротные коттеджи, международный аэропорт. От нее до Красноярска всего 100 километров. Но осталось от большого когда-то села всего четыре жителя. И впрямь последние из могикан. Живут – ни водопровода, ни магазина, ни дороги… В 21-м-то веке.

Читать далее...

Новое видео

Sat, 20 Oct 2018 08:00:10 GMT

Добавлены новые видеоматериалы

Водные пути на землях Мери

Sat, 20 Oct 2018 04:12:09 GMT

Новое в стенгазете

Wed, 17 Oct 2018 03:07:40 GMT

Добавлены новые статьи в раздел МЕРЯНЕ - НАШИ ПРЕДКИ

70-летие археологу-мерянисту Леонтьеву А.Е.

Tue, 09 Oct 2018 04:03:42 GMT

17 августа 2018 года исполнилось 70 лет ведущему научному сотруднику отдела средневековой археологии ИА РАН, доктору исторических наук Андрею Евгеньевичу Леонтьеву

Основная часть научной жизни Андрея Евгеньевича связана с Институтом археологии, где он стал работать сразу после окончания аспирантуры Исторического факультета МГУ (1974 г.). В стенах Института он защитил кандидатскую («Сарское городище в истории Ростовской земли (VIII–XI вв.)» в 1974 г.) и докторскую («Археология мери. К предыстории Северо-Восточной Руси» в 1991 г.) диссертации. Главные научные интересы юбиляра всегда сосредотачивались на археологии Ростовской земли – начиная от ее мерянского прошлого и ранних этапах становления города Ростова и заканчивая поздним средневековьем. Фактически именно А.Е. Леонтьев совершил «археологическое открытие» Ростова, одного из немногих городов Северо-Восточной Руси, сохраняющего средневековый культурный слой на больших площадях. Материалы его самоотверженных раскопок, проводившихся в самые трудные годы современной России, стали основой объемного представления о Ростове, столь важного для общей панорамы древнерусских городов. На протяжении 10 лет (1999–2009 гг.) Андрей Евгеньевич совмещал научную работу в Институте археологии с руководящей работой на посту директора Музея-заповедника "Ростовский Кремль" и за это время сумел наладить бесперебойное археологическое изучение как этого выдающегося памятника русской старины, так и округи Ростова. Много сделано было им для развития и модернизации музея, для расширения в музее научной работы и формирования археологических коллекций и экспозиций.

А.Е. Леонтьев - крупнейший исследователь древностей Волго-Окского междуречья железного века и средневековья, создатель современной концепции славяно-финского взаимодействия в центре Волго-Клязьминского края. Особенное внимание юбиляр уделял изучению Сарского городища – ключевого памятника мерянской культуры.

Научное наследие юбиляра включает три монографии и более 100 научных статей. Ученое сообщество высоко ценит заслуги Андрея Евгеньевича, свидетельством чему служит присуждение ему в 2000 г. премии Президиума РАН им. И.Е. Забелина.

А.Е. Леонтьев проявил себя как умелый организатор полевых работ – начиная с 1977 г. он руководил различными экспедициями Института археологии РАН (Волго-Окской, Смоленской и др.), достигая прекрасных научных результатов.

Научную и административную работу Андрей Евгеньевич успешно сочетает с преподавательской деятельностью и руководством аспирантами, воспитывает кадры молодых археологов.

Критический ум, тактичная ирония, огромные профессиональные знания, доброжелательность и уважение к коллегам, т.е. все то, что называют истинной интеллигентностью, – эти черты определяют обаяние Андрея Евгеньевича в повседневном общении.

http://www.archaeolog.ru

Мерянский язык не вымер?

Tue, 09 Oct 2018 03:48:32 GMT

Мерянский язык не вымер?

Есть легенды, что "владимирские черемисы" были направлены по велению Московского царя для охраны восточных границ на Урал. Также вспоминается средневековый "Казанский летописец" где написано, что «ростовская чернь (наиболее непримиримая ее часть) — черемиса ушла в пределы Булгарского царства». Вероятно, "владимирские и ростовские черемисы" это и есть "летописная меря".

Теперь подумаем, куда могли отправить прибывающих черемис булгарские или татарские ханы? Где были свободные земли? Конечно, их поселили на окраинах ханства: и земли выделены, и пограничную службу будут нести.

В 16 веке после "Черемисских войн" луговые черемисы в большом количестве бежали на Урал. И ранее прибывшие ростовские меряне постепенно растворились в родственном народе. Поэтому языки восточных и луговых марийцев одинаковы.

Но одна группа мерян осталась в стороне. Луговые бежали на восток, а эта группа была севернее. И теперь эту группу считают наиболее архаичной среди уральских мари. Говорят они на особом диалекте. Это — сылвенские и суксунские марийцы Пермского края. Осталось их всего несколько деревень.

Принято считать, что основная часть летописной мери в центральной России обрусела, и мерянский язык исчез. А, может, не исчез еще? И язык сылвенских и суксунских марийцев и есть живая веточка мерянского языка?

Необходимо отправиться этнографам, лингвистам, ученым — мерянистам в этот уголок проживания древнего народа. Необходимо сохранить язык сылвенских и суксунских марийцев. Может, Московский царь, отправивший "владимирских черемис" далеко на окраину своего государства, был прозорлив? Этим он сохранил кусочек удивительного древнего мира для потомков меря — современных русских Костромской, Ярославской, Ивановской, Владимирской областей? И теперь каждый из них, считающий себя потомком меря, может взглянуть на этот живой мир его предков. Пока еще может.

Этническая история Волго-Камья VII-VIII в.в.

Sat, 06 Oct 2018 07:37:41 GMT

Этническая история Волго-Камья, VII-VIII вв.
Карта очень интересная, но вызывающая вопросы. Например, первое замечание по ней, меря и рязано-окцы существовали параллельно. Считается, что рязано-окская культура исчезает в VII веке, а первые,собственно мерянские памятники, возникают в районе ивановско-ярославского Поволжья в том же VII веке.

Те.е татары и чуваши это в большей части ассимилированные местные ф/у племена и народы.

Источник: Атлас "Великий Болгар" Открыть карту

Этническая история болгар в VI-XIII вв. // Атлас Великий Болгар. М.-Казань, 2013. C. 310-311

Язык деревни

Sat, 29 Sep 2018 08:57:47 GMT